Дурак является ли это оскорблением

Дурачок это оскорбление или нет

Дурак является ли это оскорблением

Оскорбление, нанесенное в публичном выступлении, либо в печатном или публично демонстрирующемся произведении, либо в средствах массовой информации, наказывается штрафом, или исправительными работами на срок до двух лет, или арестом на срок до трех месяцев, или ограничением свободы на срок до трех лет. Проводя экспертизы, Ольга Фелькина пользуется различными словарями — как нормативными, так и словарями жаргонной лексики и т. п. В заключении должны быть ссылки, определения, пометы. Если в словаре нет помет «бранное», «просторечное», тогда нет оснований считать его неприличным. 980 оскорбителей за год попали под суд Наша собеседница отмечает, что раньше, лет десять назад, экспертизы были единичны: два-три обращения в год. Сейчас — около десятка, и это только те, которые делают на филфаке.

“дурак дурака”

Стоит дурак, на нем колпак, ни шит, ни бран, ни вязан, а весь поярчатый? сморчок. Матушка рожь кормит всех дураков сплошь, а пшеница — по выбору.

[info]У богатого мужика, уроди Бог сына дурака! прокормит. Чужой сын дурак — смех; а свой дурак — смерть (стыд) ! У людей дураки — любо каки (вишь ты каки! загляденье, каки! ) а наши дураки — вона каки! Старые дураки глупее молодых. [/info] [important]От старых дураков молодым житья нет. Жили старые дураки, поживут и молодые.

Молоды-те дураки разумны каки, а стары дураки глупы каки На дурака вся надежа, а дурак-то и поумнел! Нашел дурака! Поди, поищи другого дурака! Дался тебе дурак! И дурак своей шкуры не продаст. [/important]

Ищи дурака. окроме (опричь) меня. На всех угождать, самому в дураках сидеть.

Емеля дурачек, Иванушка дурачек, в сказках и поговорках.

Мотря дура, Бог дает, и дурак берет. Дураку закон не писан.

Дурак — это не оскорбление…

В разделе Дружба на вопрос А дурак это разве оскорбление??? (( заданный автором Мурка лучший ответ это Сука и хуй-это состояние…. а вот дурак-это диагноз….

Ответ от 2 ответа[гуру]Привет! Вот подборка тем с ответами на Ваш вопрос: А дурак это разве оскорбление??? (( Дура это оскорбление? (вопрос внутри) Если меня оскорбляют, стоит ли оскорблять в ответ? метки: Другое как я должна вести себя чтобы избежать конфликтов метки: Конфликт Конфликты Муж делает назло мне.

Как повлиять на него? что подразумевает собой фраза «не пришей к пи…де рукав»? Ответ от Мopckou[гуру]А что сука это оскорбление это литературное слово! Ответ от Їудесная Расчудесная[гуру]значит он действительно ДУРАК, если ответил так Ответ от Алексей Кабиров[гуру]Слишком пантовый чувак.Дурак это диагноз.

Обидные слова на оскорбления не тянут

Ответ от Блондинка[эксперт]Смотря с какой интонацией написала, тебе самой приятно если тя будешь дурой? Ответ от Не я)[гуру]наличие ума Ответ от ЃМНАЯ ЗАРАЗА[гуру]Дурак оскорбление, а дурачок нет. Ответ от Майкл[гуру]Во во.

Вот сука это точно он любя…
Ответ от Ёашенька[новичек]Зачастую, констатация факта… а их это злит Ответ от ЕЛЕНА[гуру]забудь его,,,, Ответ от МАДАМ[гуру]Следующий раз -козлом называй! Они к этому привыкшие! Ответ от Misery696[гуру]а он действительно дурак… Ответ от Galina Scaletchi[гуру]Жаль, что у многих молодых людей словесный багаж из слов из 3-х, 4-х букв! Ответ от Антон Георгица[эксперт]да он засранец.
шуток не понимает Ответ от [email protected][гуру]Однозначно оскорбление …ДУРАК м. дура ж. глупый человек, тупица, тупой, непонятливый, безрассудный. || Малоумный, безумный, юродивый. || Шут, промышляющий дурью, шутовством.

Слово дурак оскорбление или нет

Ругательство «придурок» – это слово является оскорбительным нарицанием. Выражает пренебрежительное отношение к человеку, ущемляет его достоинство.

Так называют людей, являющихся неразумными и вместе с тем совершающие противоправные действия, причиняющие себе или окружающим ущерб. Словарное значение Слово «придурок» – это нарицательное наименование неадекватного человека.

Имеет криминальное происхождение, относится к жаргонным выражениям. Изначально его употребляли заключенные, называя сокамерников за желание сделать все, чтобы не выполнять общественные работы.

[attention]Придурок – это бесстрашный и вместе с тем безумный человек, не боящийся покалечиться или совершить преступление. Так в русской литературе можно встретить упоминание этого слова, применяемо к заключенным лагерей и сибирских колоний.

[/attention] Синонимами являются недоумок, дурак, дебил, полоумный, эмбицил, тупой, идиот.

Сообщество «политика»

Но с точки зрения Кодекса об административных правонарушениях и Уголовного кодекса РБ, это оскорблением не является. Потому что в кодексах оскорбление трактуется как такое унижение чести и достоинства, которое выражено в неприличной форме.

А слово «дура», может, и неприятное, но приличное, — поясняет Ольга Фелькина. — Неприличная форма может трактоваться по-разному. Несомненно, неприличны в любой речевой ситуации обсценные (нецензурные — прим. авт.

) слова, то есть те, которые интеллигентный человек не употребляет и даже малоинтеллигентный старается не употреблять при детях и женщинах. Все остальное — жаргонные, просторечные слова». Кодекс РБ об административных правонарушениях Статья 9.3.

Оскорбление Оскорбление, то есть умышленное унижение чести и достоинства личности, выраженное в неприличной форме, — влечет наложение штрафа в размере от 4 до 20 базовых величин.

Что означает слово «придурок»? это оскорбление?

По словам специалиста, здесь возникает область сомнений и большую роль играет речевая ситуация. Одно и то же слово, произнесенное на кухне или, например, на сессии парламента, будет обладать разной степенью неприличия.

Получается, что по закону, если тебя обидно обозвали, но сделали это в рамках цензуры, то состава преступления нет. И даже если в речи было употреблено неприличное слово, гарантии, что это признают оскорблением, тоже нет.

Главное не «тыкать» «Многие люди ходят по улице, разговаривают о чем-то своем, используя нецензурные слова. То есть они употребляют неприличные выражения, но это не оскорбление, если слово употреблено для выражения эмоций, не подразумевая конкретного человека», — говорит Ольга Фелькина.

Это другое правонарушение — хулиганство.

Вы точно человек?

Наблюдая за ситуацией в течение многих лет, Ольга Фелькина резюмирует: «Оскорбления происходят гораздо реже с точки зрения юридической, чем с точки зрения бытовой. На вопрос «Было ли оскорбление?» большая часть экспертиз дает отрицательный ответ».

По словам старшего инспектора управления охраны правопорядка и профилактики УВД Брестского облисполкома Дмитрия Козореза, лингвистическая экспертиза назначается на этапе проведения проверки правоохранительных органов только в том случае, если обвиняемое лицо не признает свою вину.

Если лингвист не подтверждает факт оскорбления, административный процесс прекращается. Дмитрий Козорез отмечает, что часто встречаются случаи примирения сторон. Тем не менее в текущем году в Брестской области за оскорбление к административной ответственности привлечены 977 человек, к уголовной — 3.

Во время судебного процесса экспертиза может назначаться повторно.

An error occurred

То есть здесь выявляется только наличие негативной информации, а неприличие рассматривается как раз как запрет на использование определенных слов на публике.

Второй подход предполагает, что мы должны рассмотреть всю ситуацию общения: было ли у говорящего намерение унизить (ведь не всегда, если человек обиделся, это значит, что его действительно оскорбили); каковы статусы адресата и адресанта (может ли он в принципе унизить; в общем случае статус оскорбляющего должен быть либо равным с слушающим, либо выше его); в какой коммуникативной ситуации была произнесена фраза или слово (тет-а-тет, в суде и др.); действительно ли относится то или иное слово или выражение к этому человеку или оно направлено на другое лицо и т. д.

УК хочет «скинуть» дом с обслуживания (1 | 2) la femme 43 2820 05 Мар 2018 00:29 суды Bo/\4oK 2 670 04 Мар 2018 20:54 В какой суд подавать иск.

KAY-ural 2 3957 04 Мар 2018 13:34 Обязательность к применению формы Т-49 Зеленый @ 0 670 04 Мар 2018 02:27 Подскажите cvb-cvb 5 860 04 Мар 2018 00:20 Некачественный товар для животных Vokomihe 7 3064 03 Мар 2018 00:05 Счетчики (1 | 2) Yar.

O 47 2112 02 Мар 2018 18:16 Земля под гаражем как взять в аренду Восьмёровод 5 1143 01 Мар 2018 21:55 Выписка из квартиры Ludidela 9 1672 28 Фев 2018 11:59 Судебно-медицинска экспертиза по гражданскому делу Docker 2 1168 27 Фев 2018 23:53 Незаконное использование моих реквизитов ИП alex_rizhov 6 2192 27 Фев 2018 19:45 Железные гаражи на придомовом участке Mar$el 4 1480 26 Фев 2018 17:37 Общее собрание собственников — Не действительные решения (1 | 2) Docker 49 7100 26 Фев 2018 14:22 Кредит при разводе.

Ведь, например, это слово может использоваться в каких-то игровых диалогах, например, когда женщина с нежностью говорит своему возлюбленному: «Ну, и дурак же ты», где оно очевидно не является оскорбительным. Такой контекст возможен.

Это значит, что само по себе слово оскорбительным быть не может; как минимум для оценки нам необходим ближайший контекст разговора.

Во-вторых, в лингвистике существует два подхода к вопросу об оскорблении: первый предполагает, что оскорбительным может быть признано слово или выражение, которое не может быть использовано в ситуации публичного общения без нарушения установленных правил речевого этикета. Такие слова маркируются в словарях специальными пометами: бран., вульг., пренебр. и др.

Источник: http://jurist-company.com/durachok-eto-oskorblenie-ili-net/

Обидные слова на оскорбления не тянут – Брестская газета

Дурак является ли это оскорблением

Давайте попробуем разобраться, что же конкретно является оскорблением в юридическом, а не в общечеловеческом смысле. Потому что это далеко не одно и то же. Оказывается, можно, руководствуясь тремя правилами (не оскорблять нецензурно, не называть человека прямо и характеризовать его действия, а не личность), обижать людей направо и налево, не нарушая букву закона.

Брестчанка Анна* решила наказать обидчиков, которые на одном из сайтов назвали ее «хрюшкой» и наградили рядом других неприятных характеристик. Заявление в милицию было подано, процесс по привлечению к ответу «оскорбителей» запущен. Но, как выяснилось, не все так просто и однозначно.

Осложнялось дело тем, что сначала нужно было установить личности написавших комментарии. Однако главная загвоздка оказалась не в этом. Определить, было ли оскорбление, должна лингвистическая экспертиза, оплатить которую нужно самой Анне.

Но уже сейчас кандидат филологических наук, декан филфака БрГУ им. А.С. Пушкина Ольга Фелькина, проводящая лингвистические экспертизы по факту оскорбления более 10 лет, говорит, что Анну вовсе не оскорбили.

«Оскорбление с бытовой точки зрения и с юридической точки зрения – это несколько разные вещи, – поясняет эксперт. – В том, что Анна посчитала оскорблением, есть обидные слова. Но это не оскорбление».

«Дура» – слово неприятное, но приличное

«Гадюка», «дурочка» – это не оскорбления. А то, что является оскорблением, я не могу произнести. Если одна соседка назвала другую дурой, она, несомненно, унизила честь и достоинство последней, потому что выразила сомнение в ее умственных способностях.

Но с точки зрения Кодекса об административных правонарушениях и Уголовного кодекса РБ, это оскорблением не является. Потому что в кодексах оскорбление трактуется как такое унижение чести и достоинства, которое выражено в неприличной форме.

А слово «дура», может, и неприятное, но приличное, – поясняет Ольга Фелькина. – Неприличная форма может трактоваться по-разному. Несомненно, неприличны в любой речевой ситуации обсценные (нецензурные – прим. авт.

) слова, то есть те, которые интеллигентный человек не употребляет и даже малоинтеллигентный старается не употреблять при детях и женщинах. Все остальное – жаргонные, просторечные слова».

Кодекс РБ об административных правонарушенияхСтатья 9.3. Оскорбление Оскорбление, то есть умышленное унижение чести и достоинства личности, выраженное в неприличной форме, – влечет наложение штрафа в размере от 4 до 20 базовых величин.

По словам специалиста, здесь возникает область сомнений и большую роль играет речевая ситуация. Одно и то же слово, произнесенное на кухне или, например, на сессии парламента, будет обладать разной степенью неприличия.

Получается, что по закону, если тебя обидно обозвали, но сделали это в рамках цензуры, то состава преступления нет. И даже если в речи было употреблено неприличное слово, гарантии, что это признают оскорблением, тоже нет.

Главное не «тыкать»

«Многие люди ходят по улице, разговаривают о чем-то своем, используя нецензурные слова. То есть они употребляют неприличные выражения, но это не оскорбление, если слово употреблено для выражения эмоций, не подразумевая конкретного человека», – говорит Ольга Фелькина. Это другое правонарушение – хулиганство.

Специалист привела следующий пример: «Когда Киркоров обругал девушку в розовой кофточке, была шумиха по поводу заключения экспертов, которые признали, что там оскорбления нет. Он употребил в своей речи обсценное слово (срифмовал в ответ на слово «звезда» – прим. авт.

), но это еще не означает, что был факт оскорбления. Слово не характеризовало журналистку. Если бы он прямо назвал ее нецензурным словом, то факт оскорбления признал бы любой эксперт.

Но если слово употреблено не в форме «ты – …», а в контексте, то есть без прямого называния человека, то оскорблением это не является».

Учитывать нужно и формулировку. «Ты дурак» и «ты глупо себя ведешь» – это тоже разные вещи. Первое – это унижение чести и достоинства, характеристика личности, а второе – не унижение, потому как это оценка поведения. Притом что сказано вроде бы одно и то же», – разъясняет Ольга Антоновна.

С самими неприличными словами также возникает вопрос: какое нецензурное, а какое цензурное? «Есть такие слова, которые любой носитель русского языка посчитает нецензурными, но это каких-нибудь пять корней, от которых образовано все остальное. Если можно сослаться на соответствующие словари, тогда решение несомненно», – говорит специалист.

Уголовный кодекс РБ Статья 189. Оскорбление 1.

Умышленное унижение чести и достоинства личности, выраженное в неприличной форме (оскорбление), совершенное в течение года после наложения мер административного взыскания за оскорбление или клевету, наказывается общественными работами, или штрафом, или исправительными работами на срок до одного года, или ограничением свободы на срок до двух лет. 2.

Оскорбление, нанесенное в публичном выступлении, либо в печатном или публично демонстрирующемся произведении, либо в средствах массовой информации, наказывается штрафом, или исправительными работами на срок до двух лет, или арестом на срок до трех месяцев, или ограничением свободы на срок до трех лет.

Проводя экспертизы, Ольга Фелькина пользуется различными словарями – как нормативными, так и словарями жаргонной лексики и т. п. В заключении должны быть ссылки, определения, пометы. Если в словаре нет помет «бранное», «просторечное», тогда нет оснований считать его неприличным.

980 оскорбителей за год попали под суд

Наша собеседница отмечает, что раньше, лет десять назад, экспертизы были единичны: два-три обращения в год. Сейчас – около десятка, и это только те, которые делают на филфаке.

Наблюдая за ситуацией в течение многих лет, Ольга Фелькина резюмирует: «Оскорбления происходят гораздо реже с точки зрения юридической, чем с точки зрения бытовой. На вопрос «Было ли оскорбление?» большая часть экспертиз дает отрицательный ответ».

По словам старшего инспектора управления охраны правопорядка и профилактики УВД Брестского облисполкома Дмитрия Козореза, лингвистическая экспертиза назначается на этапе проведения проверки правоохранительных органов только в том случае, если обвиняемое лицо не признает свою вину.

Если лингвист не подтверждает факт оскорбления, административный процесс прекращается. Дмитрий Козорез отмечает, что часто встречаются случаи примирения сторон. Тем не менее в текущем году в Брестской области за оскорбление к административной ответственности привлечены 977 человек, к уголовной – 3.

Во время судебного процесса экспертиза может назначаться повторно.

Кстати, проведение экспертиз в РБ – лицензируемая деятельность. Но, как поясняет начальник филиала судебных экспертиз в Брестской области Владимир Горевой, суд в разовом порядке может поручить проведение экспертизы лингвисту с соответствующей степенью (кандидату наук, профессору), не имеющему лицензии. Тогда лингвист выступает не в качестве эксперта, а просто как специалист.

* Имя изменено автором

Источник: https://www.b-g.by/society/13941/

Cудебная психолого-лингвистическая экспертная оценка оскорбительности словесных выражений

Дурак является ли это оскорблением

Т.П. Будякова, Г.А. Воеводина

В статье рассматриваются вопросы обоснованности судебной лингвистической экспертизы и заключения эксперта-лингвиста. Доказывается, что качество экспертного заключения существенно повышается при проведении комплексной судебной психолого-лингвистической экспертизы.

При использовании чисто лингвистических подходов часто не достигается цель судебной экспертизы – объективное доказывание фактов, имеющих значение для дела.

Выводы, полученные при проведении экспертного лингвистического исследования, могут противоречить выводам судебной психологической экспертизы, поскольку часто основываются либо на субъективном мнении эксперта-лингвиста, либо на формальных лингвистических критериях, которые не соотносятся с исследуемой ситуацией.

В судебной практике по делам о словесном оскорблении личности чаще всего назначается судебно-лингвистическая экспертиза либо приглашается лингвист для дачи заключения специалиста.

Реже имеет место практика назначения комплексных судебных психолого-лингвистических экспертиз.

Специалисты-речеведы указывают, что целесообразность выбора при назначении судебно-лингвистической или комплексной судебной психолого-лингвистической экспертизы должна быть обусловлена конкретной следственной ситуацией [1].

В доктринальной литературе устоялось мнение о том, что комплексная судебная психолого-лингвистическая экспертиза необходима в случаях, когда предметом оценки словесного высказывания выступает не только лингвистический анализ самого высказывания, но и направленность высказывания [2].

Характер воздействия словесного оскорбления на личность оскорбленного имеет юридическое значение и, соответственно, требует судебной психологической экспертной оценки в нескольких случаях.

Во-первых, когда речь идет об оценке морального вреда, причиненного личности неправомерным деянием (в нашем случае оскорблением словом).

Во-вторых, когда предметом экспертизы выступает характер самого высказывания, то есть оценка того, как высказывание влияет на чувство достоинства представителей определенной культуры, к которой принадлежит потерпевший.

В-третьих, когда оценивается оскорбительность выражения для конкретного лица, обладающего индивидуальной чувствительностью к определенным высказываниям.

Во втором и в третьем случаях возникает потребность в комплексной судебной психолого-лингвистической экспертизе.

Однако на практике такая экспертиза назначается не всегда – проводятся либо лингвистическая экспертиза, либо привлекается лингвист для дачи заключения специалиста.

Самым существенным недостатком многих судебно-лингвистических экспертиз, по мнению адвоката Г.М. Резника, является то, что они проводятся фактически по бесспорным основаниям, когда и без лингвистического анализа очевидны оскорбительность отдельных слов и выражений [3].

Вместе с тем иногда кажущаяся житейская очевидность не подтверждается при использовании психологического плана анализа текста.

Авторы: Будякова Татьяна Петровна, и.о. заведующей кафедрой психологии и педагогики Елецкого государственного университета имени И.А. Бунина, кандидат психологических наук, доцент. Воеводина Галина Александровна, доцент кафедры языкознания и документоведения Елецкого государственного университета имени И.А. Бунина, кандидат филологических наук.

Например, Всемирная организация здравоохранения в Международной классификации болезней, травм и причин смерти 10-го пересмотра утвердила новые названия видов умственной отсталости: легкая у.о.; умеренная у.о.; тяжелая у.

о.; глубокая у.о. [4], запретив использование чисто научной терминологии: “дебильность”, “имбецильность”, “идиотия”, мотивировав это тем, что в общественном сознании эти термины стали восприниматься как оскорбительные.

В г. Ельце администрация специальной школы N 14 для умственно отсталых детей перестала использовать номер школы в своем названии, поскольку “номер 14” стал использоваться для оскорбления ее учеников и выпускников.

В числе “14” формально нет ничего оскорбительного, как и в чисто медицинских терминах, обозначающих степень умственной отсталости.

Однако психологическое восприятие некоторыми людьми отдельных слов, номеров и выражений может существенно различаться в зависимости от конкретной психологической ситуации.

Лингвистический и психологический планы анализа лексики часто не только осуществляются по разным правилам, но иногда приводят к прямо противоположным выводам.

Например, выражение “разгромное поражение” с точки зрения лексических правил является тавтологичным, по сути совпадающим со значением слова “поражение”, но с точки зрения спортивной логики эти два термина (“разгромное поражение” и “поражение”) имеют различный смысл: разгромное поражение – это проигрыш с большим разрывом в счете.

Для судебной практики по делам, где оценивается оскорбительность словесных выражений и отдельных слов, особенно важно выявление не только лингвистических особенностей текстов (слов), но и характера их воздействия на личность.

Рассмотрим конкретный случай из судебной практики, когда назначение комплексной судебной психолого-лингвистической экспертизы могло бы повысить качество экспертного заключения. Приведем фрагмент судебного заключения специалиста-лингвиста по оценке оскорбительности слова “клоун”.

На основании лексикографических данных было дано следующее заключение:

“Слово клоун заимствовано из английского языка в значении “житель деревни”. В современном русском языке слово клоун имеет несколько значений: 1) “комический персонаж”, 2) “цирковой артист”, 3) “шут, смешной болван” (Новый словарь иностранных слов // Главный редактор В.В. Адамчик. Минск, 2006. С. 446 – 447).

Слово клоун толкуется в “Современном толковом словаре русского языка” (СПб.: Норинт, 2001) как “цирковой артист-комик” (с. 273).

Таким образом, из рассмотренных вышеуказанных значений слова клоун следует, что употребление слова клоун может характеризовать человека и пониматься в значении “веселый”.

Слово клоун связано со следующими ассоциациями: веселый; смешной; комик; шут; забавный (“Русский ассоциативный словарь”. М.: Астрель, 2002. Т. I. С. 336).

В итоге можно сделать следующие выводы:

  1. Смысл слова “клоун” не является оскорбительным либо непристойным.
  2. Слово “клоун” не имеет аморального либо циничного содержания.
  3. Слово “клоун” не выражает презрение либо неуважение к какой-либо категории граждан.
  4. Использование слова “клоун” не может явиться причиной разжигания межнациональной розни, расовой вражды либо религиозной ненависти.
  5. Слово “клоун” не является дискриминирующим либо унижающим людей по политическим, этническим, социальным и иным признакам”.

Однако заключение специалиста-лингвиста не учитывает индивидуальных особенностей оскорбленного лица и конкретную ситуацию, в которой произошло деяние.

Так, в одной из жизненных ситуаций клоуном назвали женщину из-за ее яркого наряда, не соответствующего возрасту.

Это на субъективном уровне было воспринято как тяжкое оскорбление, которое прервало нормальное общение, и только длительная процедура извинений помогла сгладить последствия деяния.

Психологическая экспертиза оскорбительности словесных форм включает: а) анализ конкретной ситуации общения и ее контекста, б) анализ индивидуальных особенностей потерпевшего от оскорбления, в) влияние этих особенностей на чувство собственного достоинства лица как представителя определенной социальной группы и как человека, обладающего уникальными индивидуальными отличиями, г) анализ последствий оскорбительного воздействия на личность и др.

Например, в свое время И.С. Ной совершенно справедливо полагал, что использование выражений типа: “дурак”, “дурачок”, “дура”, “дурочка”, не может считаться оскорбительным, если это было явной шуткой.

“Все будет зависеть от того, с какой целью высказан отзыв об умственных способностях другого” [5]. Между тем в современных условиях лингвист Ю.В.

Казарин, опираясь на правила русского языка, однозначно оценивает слово “дурак” только как оскорбительное [6].

Приведем еще один пример заключения специалиста-лингвиста по оценке оскорбительности слова “мусор”.
“Слово “мусор” о милиционерах, надзирателях является жаргонным, но не бранным.

Из этого следует, что данное слово служит средством экспрессивного выражения негативного эмоционального состояния или отрицательной оценки какого-либо явления, события или лица.

Как показывают данные словарей, эта лексика иногда используется и в художественной литературе со стилистическими целями.

Таким образом, слово “мусор” в данном контексте может быть истолковано как эмоциональное выражение нежелания общения, т.е. оно не образует речевого акта оскорбления”.

Из заключения лингвиста следует, что слово “мусор” является жаргонным, жаргон в отличие от бранной лексики не является неприличным, оскорбительным, поэтому и не возникает основания для юридической ответственности.

Вместе с тем надо оценивать ситуацию общения, в частности факт, когда данное слово направлено именно на унижение конкретной личности. Но это уже предмет судебной психологической экспертизы.

Выводом комплексной судебной психолого-лингвистической экспертизы мог быть вывод об оскорбительности данного слова в определенной ситуации общения для конкретного лица.

Некоторые эксперты-лингвисты при производстве судебно-лингвистической экспертизы делают попытку перейти из собственно лингвистической сферы в психологическую, фактически вторгаясь в пределы другой науки. Это делает экспертное заключение недостаточно обоснованным, поскольку психологический анализ проводит ненадлежащее лицо – эксперт-лингвист.

К примеру, А.Н. Баранов полагает, что оценивание приемов речевого воздействия на личность относится к компетенции эксперта-лингвиста[7]. Однако степень и характер воздействия речевого высказывания на конкретную личность может оценить только психолог.

Эксперт-лингвист здесь может только описать сам прием, который использовал ответчик.

Просто мнения эксперта-лингвиста по поводу степени воздействия высказывания на конкретного человека недостаточно, поскольку мнение не может быть основой для выводов экспертного исследования, основой могут быть только результаты соответствующего психологического исследования.

Отдельные эксперты-лингвисты преувеличивают значение логических средств при производстве судебно-лингвистической экспертизы. Так, Г.В.

Кусов, строя логическую цепочку при оценке оскорбительности содержания фразеологизма “цепной пес”, приходит к выводу, что указанное выражение означает целеустремленность, а целеустремленность не является свойством, умаляющим честь и достоинство[8].

Однако если бы предметом оценки были, например, индивидуальные особенности оскорбленного этими словами потерпевшего и влияние этих особенностей на степень претерпеваемых страданий (что фактически устанавливается судебной психологической экспертизой), то выводы могли бы быть и иными.

Одной из проблем судебной лингвистической экспертизы, обсуждаемой в филологическом сообществе, является проблема соотнесения правовых категорий с лингвистическими.

Лингвисты-эксперты в одних случаях требуют легализации некоторых категорий, чтобы избежать их субъективной оценки. Речь идет, например, о таких понятиях, как “неприличная форма оскорбления”, “тяжкое оскорбление”.

В других случаях говорят о научной неопределенности и недостаточной проработанности терминологического аппарата в самой судебной лингвистике.

Однако решить проблему означивания в данном случае невозможно без участия ученых-психологов. Оценочное суждение нуждается в критериях оценки его оскорбительности или “приличности”. Вместе с тем выработка такого рода критериев невозможна без проведения научных психологических исследований по изучению влияния словесных форм на чувство достоинства человека.

[1] См., например: Галяшина Е.И. Речеведческие экспертизы: от теории к практике // Эксперт-криминалист. 2015. N 2. С. 28 – 31; Подкатилина М.Л. Судебная лингвистическая экспертиза экстремистских материалов. М.: Юрлитинформ, 2014. С. 82.
[2] Кукушкина О.В., Сафонова Ю.А., Секераж Т.Н.

Теоретические и методические основы судебной психолого-лингвистической экспертизы по делам, связанным с противодействием экстремизму. М.: ЭКОМ Паблишерз, 2011. С. 23.
[3] Резник Г.М. Предисловие юриста // Предисловие к книге: Баранов А.Н. Лингвистическая экспертиза текста. М.: Флинта, Наука, 2009. С. 3.
[4] Забрамная С.Д.

, Исаева Т.Н. Некоторые психолого-медицинские показатели разграничения степеней умственной отсталости у детей на начальном этапе обучения // Коррекционная педагогика. Теория и практика. 2008. N 1. С. 5.
[5] Ной И.С. Охрана чести и достоинства личности в советском уголовном праве. Саратов, 1959. С. 61.
[6] Казарин Ю.В.

Лингвистическая экспертиза // Российское право: образование, практика, наука. 2004. N 3. С. 51.
[7] Баранов А.Н. Лингвистическая экспертиза текста. М.: Флинта, Наука, 2009. С. 174 – 299.
[8] Кусов Г.В. Судебная лингвистическая экспертиза “оскорбления”: развитие современной теории и практики // Российский судья. 2011. N 9. С.

15 – 19.

Список литературы

  1. Баранов А.Н. Лингвистическая экспертиза текста. М.: Флинта, Наука, 2009.
  2. Галяшина Е.И. Речеведческие экспертизы: от теории к практике // Эксперт-криминалист. 2015. N 2. С. 28 – 31.
  3. Забрамная С.Д., Исаева Т.Н. Некоторые психолого-медицинские показатели разграничения степеней умственной отсталости у детей на начальном этапе обучения // Коррекционная педагогика. Теория и практика. 2008. N 1. С. 5 – 10.
  4. Казарин Ю.В. Лингвистическая экспертиза // Российское право: образование, практика, наука. 2004. N 3. С. 50 – 54.
  5. Кукушкина О.В., Сафонова Ю.А., Секераж Т.Н. Теоретические и методические основы судебной психолого-лингвистической экспертизы по делам, связанным с противодействием экстремизму. М.: ЭКОМ Паблишерз, 2011.
  6. Кусов Г.В. Судебная лингвистическая экспертиза “оскорбления”: развитие современной теории и практики // Российский судья. 2011. N 9. С. 15 – 19.
  7. Ной И.С. Охрана чести и достоинства личности в советском уголовном праве. Саратов, 1959.
  8. Подкатилина М.Л. Судебная лингвистическая экспертиза экстремистских материалов. М.: Юрлитинформ, 2014.
  9.  Резник Г.М. Предисловие юриста // Предисловие к книге: Баранов А.Н. Лингвистическая экспертиза текста. М.: Флинта, Наука, 2009. С. 3 – 5.

Источник: https://www.expertsud.ru/content/view/222/36/

Честь, достоинство и слово

Дурак является ли это оскорблением

26.02.2000

Владимир Вячеславович Славкин – доцент кафедры стилистики русского языка факультета журналистики МГУ. Фото Артема Чернова (НГ-фото)

-ВЛАДИМИР ВЯЧЕСЛАВОВИЧ, что представляет собой ваша специализация?

– Я в большей степени занимаюсь синтаксисом, кроме того, веду занятия по стилистике. А в последние годы возникло новое направление – различного рода экспертизы, связанные с проблемами стилистики и словоупотребления, со всем комплексом лингвистических проблем, которые становятся предметом разбирательства в суде.

– То есть это сугубо судебные экспертизы?

– Да. Возникло это именно как судебная проблема. Первый раз было, по-моему, четыре года назад, когда на кафедру стилистики русского языка (факультета журналистики МГУ. – А.Д.) обратились с просьбой сделать экспертизу текстов, опубликованных колдуном Юрием Лонго. В этих текстах содержались рецепты, заговоры и его комментарии.

Первую экспертизу сделали сотрудники Института русского языка Академии наук. Но суд продолжался, и требовалась еще одна экспертиза. Книги Лонго в большой степени были заимствованы у целительницы Эльвиры Самофаловой (ее книга была опубликована за четыре года до появления книг Лонго).

После достаточно тяжелого разбирательства суд выяснил, что действительно были заимствования, без указания на источник. Затем пошли другие дела…

– Сейчас часто приходится рассматривать дела о плагиате?

– Речь не идет о плагиате, скорее – о нарушении авторских прав. Авторские права нарушаются по-разному. Одно из нарушений – плагиат. Вот, например, ситуация, которую я анализировал в этом году. Вышло несколько книг об истории мороженого, холодильной техники в России.

Почти все выходили под двумя фамилиями – генерального директора объединения и еще одного специалиста. И специалист обратился в суд с требованием признать, что только он является автором, а генеральный директор просто ставил свою фамилию. Книги хорошо расходились, и специалист захотел, чтобы справедливость восторжествовала.

Это трудный случай: речь идет о специальном тексте, и лингвистическая экспертиза не может дать стопроцентный ответ по этому поводу.

– Лингвистические экспертизы могут оспариваться?

– Юрий Лонго пытался оспорить обе экспертизы: Института русского языка и нашу. Он сам обратился в Союз писателей к некой экспертной группе. Они пытались не то что бы оспорить выводы экспертизы, но по-другому их трактовать.

Насколько я знаю, суд принял окончательное решение о том, что Лонго дело проиграл и должен возместить моральный ущерб за то, что позаимствовал текст (причем с теми же ошибками, которые были в оригинале!). Это была самая трудоемкая экспертиза. Нам пришлось обратиться к первоисточникам – тем публикациям, изданиям XIX века, откуда взяли эти заговоры.

Пришлось сравнивать и выявлять особенности в написании слов. А есть работа небольшая по объему, когда вопрос ставится буквально об одном-двух словах.

– Существует совершенно реальный журналист, в чьих статьях постоянно встречаются отголоски статей других журналистов. Что с ним можно сделать?

– Вопрос тонкий юридически и этически, причем в большей степени – этически. Если журналист заимствует из текстов других журналистов, его можно осудить этически.

Юридически можно осудить, лишь если будет доказано абсолютное, дословное совпадение. Если же что-то перефразировано – доказать очень сложно. Это прием, аллюзия, то есть намек на некий литературный текст или факт.

Так же как фраза “человек, похожий на кого-то” – явная аллюзия к известной ситуации.

Аллюзия, кстати, тоже может быть предметом экспертизы. Не так давно в одной областной газете был опубликован материал о крупном деятеле местной газовой промышленности. Он предъявил две претензии к автору публикации. Во-первых, к названию, которое звучало так: “Неприкасаемый?”.

Герой материала считал, что это порочит его деловую репутацию. Вторая претензия была к подзаголовку – “Неладно что-то в газовом королевстве (имярек)”.

В исковом заявлении герой написал: я работаю в структурах газовой промышленности 25 лет, не являюсь королем, и королевства своего у меня нет, потому эта фраза является оскорблением.

Мы сравнивали четыре перевода “Гамлета”, и в двух наиболее известных переводах – Лозинского и Пастернака – этой фразы нет, она звучит по-другому. Тем не менее речь идет не о королевстве как государственном строе, а об отдельной территории (державе, государстве).

– Какие сроки экспертизы?

– Это зависит от размеров. Если небольшой объем, то – два-три дня.

– Кто ваши клиенты?

– К нам обращаются из судебных инстанций; может обратиться и заинтересованная сторона. Но дело в том, что экспертиза объективна, и обратившаяся к нам заинтересованная сторона может оказаться в самом невыгодном положении. Поэтому мы предпочитаем работать с судебными инстанциями.

– В чем основной смысл экспертизы?

– Задача экспертизы – отделить оскорбление от оценки. Дело в том, что радикализм оценок – вообще в традиции нашей печати. Я уже не говорю о печати СССР, о каких-нибудь “акулах империализма”… Но и в XIX веке в Российской империи были весьма оценочные, даже оскорбительные номинации.

И что удивительно, а может, и не удивительно: наша Дума восприняла эту традицию от первых дореволюционных Дум. У Пикуля есть описания деятельности первых Государственных дум. Такие слова, как пьяница, дебошир, дурак, идиот, встречались сплошь и рядом, не будучи парламентскими выражениями.

И Муромцев, и Родзянко пытались сделать что-нибудь, чтобы привести парламентское словоупотребление в норму, но им это плохо удавалось. Скорее всего так же, как не удавалось ни Хасбулатову, ни Селезневу… Когда человек – в запале, контролировать его речь весьма сложно.

В журналистике же у нас вообще считается так: чем забористее, тем лучше. Чтобы проняло, как говорится, до печенок.

– Не считаете ли вы, что при всем при том это достаточно эффективно?

– В нашей стране – да, поскольку у нас только такого человека и воспримут; он так хорошо и плотно выражается – наш человек! Кстати, может быть, это в какой-то мере залог высокого рейтинга Путина, поскольку выражения “мочить в сортире” или “сливай воду” ведут к некоторой интимизации общения – он такой же, как мы. Но я считаю, что выражения такого типа недопустимы в публичной политике. Вы можете выражать свои оценки, в том числе обсценной лексикой или весьма грубыми выражениями, только в межличностном общении. Но это мое мнение.

– Как оценивается обсценная лексика с точки зрения филологической экспертизы?

-У нас, слава Богу, не было ни одной экспертизы, связанной с матом. При всей любви к разухабистости люди все-таки не переходят известных границ. А вообще для юридической практики это наиболее четкий и легкий случай.

Если употребляется слово грубое, которое в словарях фиксируется как уничижительное, оскорбительное, презрительное, то это практически стопроцентный успех для истца. Здесь важно, в какой мере данное слово адресовано данному человеку.

Если написано, что человек является козлом, это очевидное оскорбление. (Даже если он на козла похож, здесь идет речь об унижении.

) Кстати, недавно вышла книга, очень полезная для адвокатов, филологов и журналистов – “Понятия чести и достоинства, оскорбления и ненормативности в текстах права и средствах массовой информации”. Там приводятся фрагменты действующих законов и их комментариев: что такое неприличие, что такое оскорбление и т.д.

Хотя некоторые слова трактовать можно по-разному. Но оскорблением в юридическом смысле будет слово, которое является общеупотребительным: негодяй, подлец – оскорбительные слова…

– А что касается животных?

– Эти слова унизят наше достоинство, но они не всегда являются оскорблениями. С точки зрения лингвистики оскорбление – момент объективный, унижение – субъективный. Человек может чувствовать себя униженным, но юридически оскорблен не будет. Вот пример с тем же самым Жириновским. Одна газета в 97-м году опубликовала маленькую заметку под названием: “Жириновский торгует фальшивой водкой”.

Текст сопровождался фотографией: Жириновский подносит стакан ко рту. А содержание следующее: в Саранске местное МВД обнаружило в штаб-квартире ЛДПР несколько ящиков “паленой водки” – с фальшивыми акцизными марками. И Жириновский обратился в суд с иском о том, что он, будучи депутатом Госдумы, никакой водкой не торгует, фальшивой – тем более. И потребовал возмещения морального ущерба.

– Может ли ваша экспертиза повлиять на размер компенсации морального ущерба?

Источник: http://www.ng.ru/ideas/2000-02-26/8_slovo.html

В помощь клеветникам и оскорбителям

Дурак является ли это оскорблением

Нужно ли чего-то опасаться, когда вы пишете заявление, и может ли оно вам повредить?

Об отрицательных последствиях борьбы за свои права мы говорили в 4 главе, но следует учитывать еще одно обстоятельство.

Опасность заключается в том, что автор заявления может случайно или намеренно кого-то оскорбить, а, как известно, за оскорбление предусмотрена уголовная ответственность.

Уголовный кодекс РФ. Статья 130. Оскорбление

1. Оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме, –

наказывается штрафом в размере до ста минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного месяца, либо обязательными работами на срок до ста двадцати часов, либо исправительными работами на срок до шести месяцев.

2. Оскорбление, содержащееся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, –

наказывается штрафом в размере до двухсот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до двух месяцев, либо обязательными работами на срок до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года.

Типичными примерами оскорблений являются слова “дурак”, “подлец”, “негодяй” и т.д. Поэтому избегайте выражений, которые не несут информации, а только унижают человека, да еще и в неприличной форме.

Если вы решили написать о ком-то что-то плохое (а когда вы жалуетесь на нарушителя, то без этого никак не обойтись), то соблюдайте приличия. Вместо “дурак” всегда можно сказать “неумный человек”, что не менее обидно, но не подпадает под статью 130 УК РФ, поскольку звучит прилично.

Правда, есть еще одна опасность потому, что, даже выражаясь прилично, вы можете оклеветать человека, и в результате все равно понести уголовную ответственность, но уже по другой статье.

Уголовный кодекс РФ. Статья 129. Клевета

1. Клевета, то есть распространение заведомо ложных сведений, порочащих честь и достоинство другого лица или подрывающих его репутацию, –

наказывается штрафом в размере от пятидесяти до ста минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до одного месяца, либо обязательными работами на срок от ста двадцати до ста восьмидесяти часов, либо исправительными работами на срок до одного года.

2. Клевета, содержащаяся в публичном выступлении, публично демонстрирующемся произведении или средствах массовой информации, –

наказывается штрафом в размере от ста до двухсот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного до двух месяцев, либо обязательными работами на срок от ста восьмидесяти до двухсот сорока часов, либо исправительными работами на срок от одного года до двух лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев.

Клевета, соединенная с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления,

 -наказывается ограничением свободы на срок до трех лет, либо арестом на срок от четырех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет.

Она тоже предусматривает ответственность за унижение человеческого достоинства, но не в неприличной форме, как ст. 130 УК РФ, а в любой.

Попробуем разобраться. Оскорбление – это унижение чести и достоинства в неприличной форме, и не имеет значения правдиво оно или нет, и если вы называете кого-то негодяем, то это оскорбление, независимо от того, негодяй он на самом деле или нет. Вообще любое неприличное слово или выражение, которым унижается чье-то достоинство, является оскорблением.

Если честь и достоинство унижаются в приличной форме, то оскорбление отсутствует, а ответственность за клевету наступает только, если сведения являются ложными.

Например, если гражданин пишет в заявлении, что чиновник N/ – вор (т.е. называет его неприличным словом), то он будет нести ответственность за оскорбление. Если же он пишет, что N/ украл 10 000 долларов (т.е. унижает его в рамках приличия, не называя бранным словом), то понесет ли он ответственность за клевету или нет, зависит от того правда эти или нет.

Если будет доказано, что он знал, что на самом деле N/ честный человек, но оболгал его, то имеется состав преступления, предусмотренный ст. 129 УК РФ (клевета).

Если гражданин добросовестно заблуждался или N/ действительно украл эти 10 000 долларов, то состав клеветы отсутствует, и уголовная ответственность не наступает.

Обратите внимание, что оба преступления могут совершаться только с умыслом, когда правонарушитель понимает опасность своего поведения, т.е. понимает, что причиняет вред, и все равно хочет его причинить.

Дела частного обвинения

Не нужно думать, что любое оскорбление или клевета сразу же ведут на скамью подсудимых, как, например, кража или убийство. Если бы это было так, то в нашей стране давно жили бы одни рецидивисты.

К радости клеветников и оскорбителей оба эти преступления относятся к делам частного обвинения[1], которые возбуждаются только по жалобе потерпевшего или прокурором, но только в том случае, если потерпевший не может сам себя защитить.

Поскольку следствие по этим делам не проводится, потерпевший должен сам узнать адрес обвиняемого, собрать доказательства его вины, подать заявление в суд и поддерживать там обвинение.

А т.к. россияне не любят ходить по судам, и не всегда дорожат своей честью и достоинством, вероятность того, что оскорбленный или оклеветанный человек будет добиваться возбуждения уголовного дела, очень мала, но ее все равно нужно учитывать, и писать свои заявления в вежливой и корректной форме.

Чтобы заказать услугу или получить консультацию, свяжитесь с нами по телефону (495) 229-67-08, skype: jurpom или напишите нам.

Источник: http://www.prigonim.ru/samouchitel/v-pomoshch-klevetnikam-i-oskorbitelyam.htm

ПреступлениямНет